ДЕВОЧКА
Все фотографы мечтают снимать путешествия. Потому что все любят путешествовать, особенно так, чтобы тебе еще за это платили.
Тем более снимать в поездках вроде как абсолютно естественно и не напряженно. Конечно, приходится иногда попотеть (или померзнуть), но это сущие пустяки. Даже говорить об этом не стоит.
Однажды меня пригласили сделать фэшн-историю для журнала Travel + Leisure в Мьянме. Это должен был быть пилотный номер.
Небольшой съемочной группой мы прилетели в столицу — Янгон. Главный редактор Максим Маслаков, модель, визажист, стилист и я.
Все было по высшему разряду.
Мы плыли с остановками по реке Иравади на роскошном туристическом корабле. Каждый день было новое меню. Французский повар старался как мог. Деликатесы, вина, десерты...
Я употреблял виски.
В один прекрасный вечер весь корабль постигло расстройство желудка.
Наутро никто не вышел к завтраку. Парочка бледных аристократов попросила вареные овощи. Вся съемочная группа страдала тоже.
Днем был запланирован сход на берег в одном из древних городов. Я не мог пропустить такое.
Собрав волю в кулак, аппаратуру и флягу виски, я один сошел на берег.
Я был обвешан техникой, меня покачивало, но настроен я был решительно.
Виски меня спасало.
Дезинфекция.
Пока не было модели и всей группы, я хотел поснимать документальные кадры. Мне нужна была реальная жизнь.
Я хотел грязи.
Я переживал, что мы столько времени проводим на фешенебельном корабле с богатыми англичанами и их женами и пропускаем все самое интересное в Мьянме.
На берегу меня ждал небольшой автобус. Я попросил довезти меня до центра, а дальше пошел пешком.
Я ходил по улицам, снимал, набрел на местный рынок и остановился.
В центре рынка, под каким-то грязным холщовым навесом, я увидел девочку в ярком пятне света.
Подошел ближе.
Было душно. Дышать нечем. Страшно воняло тухлой рыбой. Вокруг вился рой зеленых мух.
Меня тошнило.
Я застыл.
Навелся.
Задержал дыхание.
Нажал на спуск.
С двойным щелчком «Хассель» отработал выдержку.
Видимо, девочка чистила рыбу. Вокруг валялись головы, хвосты и внутренности. Они давно стухли. Мухи жужжали уже у меня в голове.
Я едва успел убрать фотоаппарат.
Из меня фонтаном полилось все, что я сдерживал столько времени...
Довольный и свободный, я поплелся к автобусу.
ПАГАН
Главной точкой нашего путешествия была древняя столица Мьянмы — Паган.
Но цари тут часто меняли столицы, и Паган захирел, оставшись местом нескольких тысяч храмов. Осталось несколько небольших поселений.
На протяжении почти ста километров разбросаны тысячи старинных ступ и пагод. Многие из них лежат в руинах. В одной мы нашли огромную позолоченную статую Будды.
Между храмами — заросшие пустыри, лес и болота.
Это был город-призрак.
Я ходил по заброшенному городу в страшном воодушевлении, понимая, что главную сцену для нашего материала нужно снимать именно тут.
Опустились сумерки.
Сняв на кардан мерцающий среди деревьев храм, я успокоился.
Я носил с собой три камеры: Hasselblad 6×6 для основной съемки, карданную камеру 4×5 дюйма для архитектуры и самых важных кадров и 35-миллиметровый Nikon для репортажа. Рюкзак, сумка и штатив весили около сорока килограммов.
Уставший, я вернулся на корабль.
Мне надо было рассказать всем о моем плане на завтра.
За ужином я рассказал обо всем.
Моя идея понравилась, хотя, конечно, пришлось уговаривать. Но я так просил, что в итоге все согласились.
Надо было выйти за два часа до рассвета.
Почти час мы добирались до храма, который я выбрал для съемки.
Преодолев двести ступеней — примерно десять этажей, — мы оказались на верхней площадке одного из самых высоких храмов Пагана.
С площадки открывался вид на весь древний город.
Тяжело дыша, я ставил камеру.
Уже начинало светать.
Ребята одевали модель. Красили.
Когда горизонт окрасился в нежно-розовый цвет, мы были готовы.
Я сто раз померил свет, чтобы не ошибиться с экспозицией.
Лицо модели оставалось в тени.
Она стояла не шелохнувшись.
Вытащить шибер.
Открыть затвор.
Нажать на спуск.
Вставить шибер на место.
Несколько дублей.
Готово.
Не помню чувств, охвативших меня тогда.
Но сейчас я бы, наверное, расплакался.
С возрастом становишься сентиментальным.